Все люди ошибаются. Это абсолютно нормально. Но относится ли данное правило к призракам? Манипулировать чужой судьбой задача не из легких. Но Гарри рискнул и увы потерпел крах. Жизнь Джозефа Реймара прервалась ужасно нелепо. Если можно так сказать, когда умираешь за любимую. Олдман был уверен, что сложись все иначе, Реймар сам поступил бы точно так же, ведь призрак руководствовался его эмоциями и переживаниями. Адепты, на долю секунды вышедшие из тени ясно дали понять что желают зла Эшли, а что оставалось делать Гарри, после того, что между ними было? Разумеется защитить всеми силами ту, что заставила его почувствовать себя живым и кому-то нужным. Пусть даже в теле другого.
С тех пор у мужчины не складывалось с сосудами и о полноценной жизни он предпочел забыть. Гарри их тех, кто подбирает сосуд очень тщательно. Человек должен соответствовать всем предоставленным требованиям: профессия, характер, манера поведения, окружение, ну и конечно же наличие отношений. Потому как Гарри не нужна была очередная женщина истеричка. Он кинулся защищать ее, но это не значит по сути ничего. Ведомый яркими вспышками чувств Реймара, мужчина был готов на многое, а теперь этому конец.
Уже достаточно времени прошло, чтобы истосковаться по полноценной жизни, но Олдман все никак не видел для себя подходящей роли в этом скудном обществе. Слишком много пьяниц, раздолбаев и людей совсем не той профессии которая ему нужна. Джозеф был идеальным сосудом, пришлось признать мужчине, но его было не вернуть.
Проводя дни и ночи в стенах университета, Гарри иногда не понимал почему его так сильно сюда тянет, но стоило спуститься в катакомбы под зданием, как воспоминания захватывали с головой. Чудесное было время. Ему не хватало своей прежней жизни, в своем бренном теле, которое, увы сгнило в одной из местных чудо-камер.
Он нашел свой труп, а точнее уже скелет и любовно его оглядев долго смотрел, пока не начинали слышаться голоса пациентов, верный знак того, что они здесь и, к счастью никогда не выберутся, в отличии от Олдмана, которому это удалось.
Весна принесла с собой великолепные новости о том, что Шейптаун проводит научную конференцию для всех психологов и психиатров страны. Кто бы мог подумать, что в один из дней речь пойдет о всеми забытом Гарри Олдмане.
- ...и пусть к концу своей жизни он прослыл садистом и психически не здоровым социопатом, что, к слову не имеет официальных доказательств. Сегодня мы чествуем его как выдающегося ученого-психиатра, добившегося огромного успеха в своей сфере.
Стоя в углу комнаты незримой тенью, выдающийся ученый психиатр внимательно осматривал зал и будь у него возможность встать с места в первом ряду и, якобы смущенно улыбнувшись, поклониться публике под бурные овации, он обязательно сделал бы это.
Нет лучше места и времени чтобы наконец снова стать живым. Пожалуй он засиделся на той стороне, давно пора приникнуть к роду людскому. Призрачный мир слишком сер и безобразен, особенно для Олдмана, чтобы оставаться здесь еще дольше.
Выделив для себя из толпы, лишь несколько человек, все несколько дней конференции Гарри наблюдал исключительно за ними, но уже на заключительный день он избрал для себя фаворита. Мужчину средних лет, прекрасно сложенного, с безупречной манерой поведения и феноменальными знаниями в области современной психиатрии. Олдман знал, что эти знания пригодятся ему и он знал как ими воспользоваться. Мужчина был одурманен чувством стать им - Адмом Уайтом.
Дело осталось за малым, заставить взрослого здорового мужчину упасть в обморок, как юную даму, драматично опустившуюся на пол во время какого-нибудь приема. Для мастер кошмаров это не такая уж и проблема, тем более в бестелесной оболочке.
На лбу Адама уже выступили капли пота, его била мелкая дрожь и...он снова слышал голос. Навязчивый, противный шепот в своей голове. Не самое лучшее время для приступа, тем более что таблетки он оставил в отеле. А приступы не повторялись уже несколько лет, лекарство успешно купировали проявление шизофрении.
Если бы только Уайт знал, что на его тело и душу самым наглым образом посягнули. Тот самый доктор, о котором так воодушевленно рассказывали на сцене.
Не имея больше возможности контролировать агрессию в отношении себя и этого жуткого шепота в голову, Адам сорвался с места и буквально побежал в уборную на том конце коридора.
Ухватившись за край раковины, мужчина пристально посмотрел в зеркало, где увидел чужое отражение, совсем на него не похожее. Увиденное шокировало Уайта еще больше. Он не привык к такому, раньше видеть галлюцинации значило для него совсем другое.
В мыслях мужчина успокаивал себя, говоря что скоро все пройдет. Но отражение не исчезало, а шепот становился все громче. Когда не было больше сил противиться, Адам опустился по стенке вниз и закричал, после чего глаза его закрылись, а пульс сильно замедлился.
Очнулся Адам Уайт с затуманенным сознанием, поднял руки к лицу, в глазах немного двоилось. - Получилось, - мелькнула мысль в голове. Гарри вновь стал живым. Но больше никаких глупых ошибок во имя любви. Поднявшись с пола, мужчина подошел к раковине, открыл холодную воду и набрав в ладони ополоснул лицо, после чего посмотрел в зеркало, где ясно виднелось его новое лицо. Без единого изъяна и идеально сложенное.
Раз и навсегда Гарри решил, что жизнь Адама теперь полностью принадлежит ему, а значит и это светлое красивое имя - тоже.
- Ну, здравствуй, Адам Уайт. - Усмехнулся Олдман, когда в уборную открылась дверь.
- О, ну наконец-то я Вас нашел, не пропадайте так больше, через пять минут вы должны читать лекцию о психохирургии! - Тот самый ведущий, расхваливающий Гарри Олдмана и его труды, подошел к Уайту.
- С Вами все в порядке? - Любезно поинтересовался парень.
- Да, конечно. - Кивнул Адам. - Я сейчас подойду. - Ни имея ни малейшего понятия о чем говорить во время выступления, мужчина направился к актовому залу, слегка пошатываясь. Необходимо некоторое время, чтобы привыкнуть к телу.
Открыв двери в зал, Адам почувствовал себя более уверенно. Он прошел на свое прежнее место, где снял пиджак, повесив его на спинку стула. А уже через мгновение его попросили подняться на сцену. По пути снимая запонки и закатывая длинные рукава рубашки до локтя, потому что слишком сильно стянувшие запястья, они причиняли ему ужасный дискомфорт. Призрак, привыкший к свободе от материальных вещей и невероятной легкости, ощущал тяжесть во всем теле и дикое желание освободиться от одежды прямо здесь и сейчас. Тем не менее, Адам держался достойно, в нем изменилась разве что походка, но вряд ли кто-нибудь это заметил.
Едва мужчина поднялся на сцену как его взгляд встретился с той самой. Эшли Реймар - Повторил он про себя, чуть ослабив галстук. Становилось невыносимо жарко. Адам чувствовал себя так, словно настоящий Адам Уайт боролся, боролся за жизнь которую у него хотели отнять.
- Рад приветствовать всех присутствующих. - Откашлявшись, мужчина завладел вниманием зала своей фразой, а потом снова посмотрел на Эшли, словно ждал от нее каких-то действий.
Между ними было немного, но все же было и отчего то эти моменты хранились в памяти Гарри, который пожелал полностью избавиться от своей прошлой жизни, а значит и мыслей о ней.
Никакой Эшли. Сказал он себе, несколько раз, после чего заговорил. Он не нашел ничего лучше чем завести прямой диалог с публикой. Им наверняка надоело слушать жутко нудные лекции от других специалистов, а значит разговор с аудиторией должен был спасти ситуацию.
Сделав небольшое вступление в виде краткого рассказа о значении психохирургии в психиатрии, ссылаясь на то время, когда он был еще жив и самостоятельно проводил многие исследования, мужчина наконец замолчал и заметив непонимание на лицах некоторых присутствующих усмехнулся. После чего спросил не хочет ли кто-нибудь задать ему интересующие их вопросы.
